logo
ЗАКРЫТЬМеню
Эдуард Джереджян

Эдуард Джереджян

«Где Нельсоны Манделы? – вопрошает Эдуард Джереджян, сидя в своем офисе в университете Райса в Хьюстоне. – Я не вижу никакого Нельсона Манделы в Турции. Я не вижу Нельсона Манделы в Азербайджане. Я не вижу Нельсона Манделы в Армении. А он нам нужен. Для Армении самый большой вызов современности – это примирение со своими соседями». Если кто и может задать такой вопрос, так это Джереджян.

Из-за того что произошло с его семьей в Армении, он посвятил себя дипломатической службе еще в том возрасте, когда большинство молодых людей все еще пытаются уяснить, кто они и чем хотят заниматься в жизни. «Когда я услышал рассказы о Геноциде от моих родителей, я еще учился в школе в Нью-Йорке».

Я начал задаваться вопросом: «Почему я выжил? Почему я здесь, когда столько других людей погибло?»

«Я чувствовал, что должен был в некотором роде почтить память тех, кому не так повезло, как мне, а также отплатить добром Соединенным Штатам, этой великой стране, которая дала моим родителям политическое убежище».

Джереджян работал в администрации восьми президентов США, в том числе в качестве посла в Израиле. Однако пребывание на официальном посту в Дамаске стало для него самым пронзительным опытом. Именно в Алеппо, в северной Сирии, его отец Бедрос избежал смерти. После гибели обоих родителей от рук турок-османов Бедросу вместе с другими армянами-односельчанами пришлось покинуть родную деревню Ачн (ныне город Саимбейли, в южной части Турции) и отправиться в долгий пеший путь в пустыню у Дейр-эз-Зор.

Когда изгнанники достигли Алеппо, Бедросу удалось бежать и найти убежище в сирийской арабской семье, которая наняла его в качестве конюха для ухода за лошадьми.

 

 

Работая в этой семье, он обнаружил, что две армянские девушки, осиротевшие на марше смерти, были насильно взяты в гарем одного дома, где жил турецкий офицер. Бедрос так разгневался, что в одиночку верхом на лошади отправился туда и спас девушек, тайком переправив их в армянскую церковь в Алеппо.

История могла бы на этом и закончиться, но в Вустере, штат Массачусетс, у девушек жил старший брат, который уже получил американское гражданство. Ему удалось вывезти их в Соединенные Штаты, где они рассказали ему, как Бедрос их спас.

Каким-то образом в ту доинтернетовскую пору брат нашел Бедроса в Роберт-колледже в Стамбуле и помог ему эмигрировать.

Человек, чье имя не записано в семейном архиве Джереджянов, помог Бедросу поселиться в Вустере, штат Массачусетс, где он открыл бакалейную лавку.

Работая в штате Массачусетс, Бедрос встретил женщину, которая позже станет его свекровью. Именно во время этой первой встречи она показала ему фотографию своей дочери, Марии Языджян, которая также избежала Геноцида армян и перебралась на Кубу, в Гавану, благодаря помощи управляющей датского детского дома в ливанском городе Джебайль Марии Якобсен. «Его очень впечатлила фотография этой молодой женщины, – вспоминает Эдуард Джереджян. – Он решил отправиться в Гавану и привезти ее обратно, после чего они поженились».

Родители Джереджяна были классическими иммигрантами, которые хотели обеспечить своим детям лучшую жизнь. «Мои родители хотели, чтобы у меня и моего брата появились возможности, которых никогда не было у них. Они помогли мне получить самое лучшее образование, которое они только могли себе позволить, и всегда вдохновляли меня добиваться успеха, стремиться быть первым».

И он еще как преуспел, на что указывают стены его офиса в Университете Райса. На них развешены фотографии, где Джереджян запечатлен с целой плеядой различных мировых лидеров – от Джорджа Буша-старшего до Нельсона Манделы. Сидя за этим рабочим столом, он руководит Институтом общественной политики Бейкера, девятым в списке самых влиятельных аффилированных с университетом аналитических центров в мире, основные области интересов которого лежат в плоскости энергетической политики, здравоохранения и биологических наук, ближневосточной политики, Мексики и налогово-фискальной политики.

Благодаря тому что пережила его семья, во время работы в Сирии Джереджян смог наладить тесные профессиональные отношения с тогдашним лидером страны Хафезом аль-Асадом. Когда Джереджян официально представил свои верительные грамоты как новый посол США, он рассказал Асаду, что родился в Соединенных Штатах благодаря героическому поступку отца, спасшему двух девушек в Сирии.

«Если кто-нибудь сказал бы тому армянскому юноше, который только что потерял своих родителей во время Геноцида, что однажды его сын приедет в Дамаск в роли посла США, он бы ответил: “Ты не в своем уме”. Но все ведь так и случилось».

Асад был приятно удивлен. Я обратил на себя его внимание. Впоследствии за три года работы я часто встречался с ним, и мы многого добились. Мне удалось превратить тяжелое наследие Геноцида в работу всей моей жизни».

Джереджян не раз прослеживал путь своей семьи в Алеппо. «Я любил Алеппо. Он очень красивый – или был таковым. От Алеппо сегодня мало что осталось из-за идущей там междоусобной войны». К сожалению, не существует ни одной записи о времени, которое провел там его отец, где он работал и где спас армянских девушек.

Участие Джереджяна в разрешении конфликтов одного из самых проблемных регионов мира дало ему уникальную возможность – и уникальное право – размышлять о решении вопросов, стоящих сегодня перед Арменией. «Я считаю, что нам необходимо двигаться от самоощущения жертв Геноцида к будущему армянской культуры, армянского народа и армян, где бы они ни находились», – говорит он. Эдуард Джереджян убежден: чтобы Армении сопутствовал успех, ей пора найти новую стратегию внутренней и внешней политики.

«Самый лучший способ отдать дань памяти тем, кто погиб во время Геноцида, – это неустанно работать на благо процветающей, безопасной, мирной Армении. Мы должны сделать все, что зависит от нас как от диаспоры, чтобы помочь Армении достичь стабильности и успеха в том опасном и изолированном регионе, где она находится».

Как этого достичь? Армения не сможет стать процветающей страной без примирения с Турцией, считает Джереджян. «Первый шаг – это открытие границ и восстановление экономических и коммерческих связей с этой страной».

Мир – в интересах не только Армении.

«Примирение имеет свои плюсы и для Турции тоже, – рассуждает он. – Армения – христианская страна, и Турция сможет заработать себе очки, заключив мир с граничащим с ней христианским государством. Это поможет Турции присоединиться к Евросоюзу. Армения не представляет стратегической угрозы – она для этого слишком мала. Но из-за Геноцида, который турки воспринимают весьма болезненно, наша страна – культурная и идеологическая угроза».

Разрешение конфликтов – это жизненно важно, «потому что без мира и безопасности Армения не сможет стать процветающей. И поэтому перед правительством Армении стоит задача подобрать и обучить кадры дипломатов и политиков, которые обладали бы видением того, как сделать Армению процветающей и безопасной страной».

«Вот чем армянская община должна сейчас заниматься. Отсюда и вопрос: где Нельсоны Манделы? Для Армении это самый большой вызов современности».

 

Историческая достоверность материала подтверждена Исследовательской группой проекта 100 LIVES.